Ножевые дуэли на флоте

Предсказуемо, что моряки всегда были большими мастаками в ножевом бое. Человек, идущий на флот, в принципе должен был отличаться авантюрной жилкой. А жизнь в трюме с кучей таких же (а зачастую еще и пьяных) матросов сулила постоянные конфликты. Добавьте к этому тот факт, что у любого моряка с собой был нож для работы со снастями — и сложится поистине опасная картина. Отсюда исходит масса морских традиций: вроде прибивать зачинщика драки его же ножом к мачте или вырезать друг другу Андреевский крест на лице — на память о драке.


Йо-хо-хо и ножом по горлу

Дальние морские плавания и сейчас непростое занятие, а уж во времена парусного флота, когда утлые суденышки бороздили бескрайние просторы месяцы напролет, быть моряком значило постоянно быть на грани. Люди многие дни находились в тесном пространстве с ограниченным кругом не сильно приятных соседей, и никуда от них было не деться.

Плохое питание, скверная компания и алкоголь — это сочетание неизбежно приводило к ссорам, а часто и дракам. А если учесть, что большой нож, которым матросы резали оснастку парусного судна, был всегда под рукой, поножовщины были почти обыденностью.

Исследователь Денис Черевичник в своей книге «Всемирная история поножовщины: народные дуэли на ножах в XVII-XX вв.» приводит описание американских моряков времен Гражданской войны в США (1861-1865), оставленное Майклом Беннетом:

«В большинстве своем моряки не испытывали друг к другу симпатии и смеялись над неудачами других. Склоки были им жизненно необходимы…. Моряки мгновенно пускали в ход кулаки и отчаянно дрались, когда их провоцировали, и выхватывали нож, когда приходили в ярость. Одним из любимых их выражений было «Я выпущу тебе кишки!». И это не было пустой угрозой. Ежедневное использование ножа для разрезания и сращивания концов канатов сделало моряков смертоносными и искусными бойцами».

Но подобная ситуация, конечно, сложилась не в XIX веке. Еще в XII веке, вскоре после Второго крестового похода, герцогиня Алиенора Аквитанская создала первый в северной-западной Европе кодекс морского права — Олеронские свитки.

Кроме большого количества законов, регулирующих морскую торговлю и отношения между капитаном и матросами, были там и статьи, предусматривающие жуткие на нынешний взгляд наказания за поножовщину на корабле. Человек, вытащивший оружие для кровопролития, наказывался отрубанием руки. Убийца привязывался живьем к убитому и выбрасывался с ним в море, а если ситуация произошла на берегу — закапывался в землю.

Моряк, угрожавший другому матросу ножом, прибивался за руку этим самым ножом к мачте и висел так, пока не умудрялся вырвать лезвие из древесины.

Этот закон просуществовал сотни лет, как минимум до Нового времени. Голландские моряки переняли обычай у англичан и активно практиковали его еще в XVII веке. Черевичник приводит множество примеров приговоров, когда наказанием для бузотеров было прибивание руки к мачте. Самый яркий случай из описанных произошел 10 октября 1654 года, когда два моряка Вилем Герритсен и Геррит Хармане что-то не поделили и решили устроить дуэль на ножах на корабле. Неизвестно, поранили ли они друг друга в поединке, но вот за сам факт подобного поведения оба получили по пятьдесят плетей и были пришпилены своими же ножами к мачте за руку.

Петр Великий, сам некогда обучавшийся морскому делу на голландских верфях, позаимствовал этот закон. «Артикул воинский» от 26 апреля 1715 года, содержит статью под номером 143, гласящую: «Ежели кто с кем ножами порежетца, онаго надлежит взяв под виселицу, пробить ему руки гвоздем, или тем ножем на единый час, а потом гонять шпицрутен».

Ну а следующий 144 артикул очень напоминает «Олеронские свитки», ибо назначает наказание за попытку напасть с помощью шпаги, трости или пистолета в виде отсечения руки. XVIII век, а методы все те же.

«Расписать шебеку» или испанские морские традиции

Голландские ножевые традиции, в том числе и морские, берут свое начало во времена Восьмидесятилетней войны 1568-1648 годов, когда Испанская империя пыталась отстоять свои владения в Нидерландах. Именно тогда голландские моряки из Дюнкерка, союзные испанцам, начали перенимать традиции горячих южных парней.

Испанцы, в свою очередь, были не дураки подраться на ножах и несли эти славные привычки на флот. Например, Джон Шербурн Слипер вспоминает, как на некой шхуне в воскресное утро поссорились два испанских моряка. Обложив руганью друг друга, они разгорячились так, что выхватили огромные ножи, обернули себе левые руки плащами а затем, используя их в качестве импровизированных щитов, начали рубиться так яростно и умело, что автор воспоминаний был шокирован. Наконец, один из противников получил удар в грудь и пошатнулся. Его визави налетел с добивающими ударами, но не тут-то было; отбросив защиту, раненый сопротивлялся как неистовый зверь, пока не рухнул замертво. Шатающегося окровавленного победителя приятели уволокли в каюту.

Самым же запоминающейся традицией испанских моряков был Андреевский крест, нанесенный на лицо соперника ножом. В те времена в Испании часто можно было услышать угрозу: «Смотри, как бы я не расписал тебе шебеку». Эта идиома пошла от названия небольшого боевого и торгового судна, шебеки, бороздившего Средиземноморье в XVI–XIX веках. Ее косые паруса напоминали разрез на лице, оставленный ножом. Подобные раны у испанцев считались позорными и их старались скрывать. Причем лучшим средством лечения читался кошачий жир. Бедные испанские котики.

Однако моряки других национальностей наоборот гордились подобными шрамами. Например, личный врач Карла II Ричард Вайсман в XVII веке писал об одном голландском боцмане, излишне увлекшемся пропагандой атеизма. Перебрав горячительного, он пристал к моряку, носящему крест, и поклялся, что не станет носить подобные вещи, даже если сам черт его заберет. В последующей перепалке он получил по морде, был повален на землю, прижат коленом, а на его лице ножом был вырезан Андреевский крест. После этого устроивший экзекуцию испанец сказал, что «крест на лице послужит ему защитой, и черт его уже не заберет». Вайсману лично пришлось штопать незадачливого боцмана, а тот позже гордился шрамами на лице.

Традицию резать лицо подхватили моряки Дюнкерка. Так что в XVII веке чернь по всей Голландии разукрашивала щеки своим противникам, проводя «беккеншнэйден» (если переводить дословно, «разрез рта»). Причем у этого варварского обычая был поэтичный эвфемизм: «повесить на щеку красную ленточку».

Дикие итальянцы и трагедия «Сирио»

Не только испанские и голландские моряки могли ответить на оскорбление ударом ножа.

В XIX веке, когда произошло объединение Италии, многие противники властей были объявлены разбойниками и уничтожались с обычной для гражданской войны жестокостью. Это вынудило итальянцев эмигрировать в Америку, где они пытались найти лучшую жизнь, да и просто спастись от расправы.

В начале XX века, пароход «Сирио», перевозящий таких мигрантов в Аргентину, напоролся на риф у берегов Испании и стал тонуть. Началась форменная вакханалия. Итальянские пассажиры третьего класса выхватили ножи и затеяли многочисленные драки за места на спасательных шлюпках. При этом они перерезали часть команды, пытавшейся спасти женщин и детей, а оставшихся в живых матросов загнали в трюм. Видя подобный ужас, капитан застрелился. Корреспонденты, записывавшие с чужих слов подробности бойни, описывали такую ситуацию: шлюпку, уже приготовленную к спуску на воду, окружила толпа итальянцев. Они начали выкидывать людей из нее, а тех, кто сопротивлялся, забивали ножами. Довольные своим поступком убийцы расселись по местам, но тут из-за угла вылетела еще одна банда итальянцев и набросилась уже на них.

Можно подумать, что на несчастных эмигрантов из Италии наговаривают, но статистика говорит сама за себя: 348 человек из 541 выжившего оказались итальянцами.

Жуткие в своей жестокости поединки на ножах среди моряков стали сходить на нет, как только парус уступил место паровому двигателю. Большой нож для работы с оснасткой стал не нужен, и моряки принялись выяснять отношения друг с другом более цивилизованными методами — разбивая лица кулаками и подручными предметами.

Как бы то ни было, отправляясь в морской круиз, старайтесь не приставать к обветренным морским волкам с проповедями, а то, не ровен час, нарветесь на потомка голландских моряков и кто-нибудь пообещает вам повесить на щеку красную ленточку.

\ с просторов \

0 комментариев

Оставить комментарий

Комментировать при помощи: